Велосипед

Антон Максимыч в глубине души был спортсменом-физкультурником, а если быть более точным, то любителем-велосипедистом. Еще в молодости по случаю он купил велосипед, который впоследствии модернизировал модными педалями, седлом, сумочкой для инструмента и дорожным компьютером. Эта любовь к велосипедам, переросла в какой то момент в страсть и, когда дома уже стояло 4 двухколесных друга, Антон Максимыч опомнился и три из них пропил, но велосипед-любимец всё ж остался.

Спустя годы Антон Максимыч любовно поглядывал на зверя-веломашину, с оптимизмом похлопывал рукой по крепкой раме, потом - менее оптимистично - себя по животу, а в моменты игривого настроения резким движением ноги раскручивал педалю и смотрел на бортовом компьюторе, который час и который год. Использовал Антон Максимыч велосипед как вешалку для одежды и хозяйственных сумок.

Однажды зимой, когда за окном сгущался воскресный сумрак, поскрипывал морозец и падал легкий снег, Антон Максимыч сидел дома, флегматично ожидая весны и солнца, и тупо смотрел на велик. Вдруг он резко встал, с хрустом потянулся и начал разгребать одежду и сумки с велосипеда. Одетый в зимне-спортивного вида одежду (рейтузы и варюжки), он, подняв облачко пыли, водрузил на плечо своего старого железного друга и с кряхтением выбрался на лестницу.

В тот момент, когда подъездная дверь со стуком распахнулась, и морозный воздух обжёг лицо Антон Максимыча, проходившие по двору по своим повседневным и не только делам прохожие недоуменно приостановились…

Антон Максимыч поставил велосипед на заснеженную дорожку, закинул ногу и, оседлав его, резво закрутил педалями. Однако, несколько секунд спустя, колесо попало на лёд и предательски соскользнуло, а Антон Максимыч совершил в воздухе тройное сальто-мортале и, крякнув, приземлился на заледеневшую дорожку, раскинув руки крестом и со звонким стуком стукнувшись головой об лёд. Велосипед изобразил в воздухе мертвую петлю и приземлился на своего обладателя, ловко воткнувшись рулем Антон Максимычу в пах, а педалью - в область небритого подбородка. Антон Максимыч ахнул, заполнил морозный воздух двора сдавленным криком и некоторое время оставался лежать неподвижно. Прохожие, постояв еще пару минут, стали расходиться.

Антон Максимыч кое-как поднялся, с кряхтением вновь взвалил железного предателя на плечо, держась другой рукой за душевную рану, и пошел домой…